И тут ты начинаешь понимать,
Что повернулось время.
И теперь твои чувства вспять
Перевернулись скидывая бремя.

Твоей любви волнением объятой,
Что дух его так бережно хранила.
Вдруг превратилась в боль апатии.
Тогда себя, теперь его во всем винила.

Теперь дышать становится легко
И зубы не стучат от нервных срывов.
Он вроде бы и в сердце глубоко,
Но скинутый со множества обрывов.

Теперь в душе покоится лишь злость.
Чуть-чуть волнения за бренное тепло…
И если б вдруг мне ехать довелось —
Сейчас бы не откликнулась на зло.

На зло ему, что чувства не сберег.
По ком волненьем сердце истомилось.
Он сам на эту жизнь меня обрек —
Именно в нем в который раз я усомнилась!

Всегда в беде винила лишь себя,
Но понимаю, что вины моей тут нету.
Я так ждала надеясь и любя…
Хотела жизнь отдать (скажу я по секрету).

Но водка для него важней, чем я!!!
Он возомнил, что искупил деньгами…
Что мои нервы — Это ерунда,
А я как прежде плачу временами…

Твои крылья осыпятся перьями
Словно листья в порыве ветра
Все тело прозябнет от холода
И сморщится незаметно

Из спины торчат два огрызка
Покрытые легким пухом
Но и им остается не долго
Осыпятся вместе с духом

Буквы визжащей пилою
Входят в остатки крыльев
«Это уже не зовется любовью» —
Выдирают, смешав с пылью

Кровь стекает смывая перья
Кажется выросли новые
Это фонтанчики бьют из артерий
Легкие, брюзжащие, кровавые

«Я тебя не люблю» — нет больше крыльев
Кровь не идет, высохнув на спине
То что было, осталось былью
Забытое в нашей счастливой весне.

Не так прекрасна наша жизнь,
Чтоб жить без горя; 
Но и не так плоха,
Чтоб умирать. 
Не так всесильна наша мысль,
Чтоб сдвинуть горы;
Но и не так слаба,
Чтоб не мечтать.
Не так никчемна наша грусть,
Что не заметна;
Но и не так сильна,
Чтоб горевать.
И жить — не значит жить безбедно. 
Ну а любить — не значит не страдать.