«Они будут помнить то, что нас продавали, а не то, что мы были сильными. Они будут помнить то, что нас покупали, а не то, что мы были смелыми».

____________________________________Уильям Прескотт — бывший раб.



Трагедия трансатлантической работорговли, которая стала одной из самых мрачных страниц в человеческой истории, продолжалась в течение 400 лет, несмотря на активное сопротивление со стороны миллионов порабощенных народов.

Трансатлантическая работорговля, которую часто называют

Читать дальше →

Давай, мы придумаем осень. Разгоримся мечтами о вечном:
Просыпаться без четверти восемь, обгонять остальных по встречной.
Обнимать друг друга так долго, согревать ладони, запястья.
Нас с тобой не бывает много. Нас с тобой называют «счастье».

Да будет от Бога
тоска и дорога,
да будет красива
волна Куросиво,
да будет награда
идущим по праву,
да будет баллада
взыскующим славу!

В голове только теплые мысли
И снова мы с ней
На мосту зависли
И она моя киса
Я с ней быстро
Попал в зону риска
Увидеть её улыбку
И услышать хотя бы на минутку
Неважно шепчишь ты на ухо
Или мурлычешь в трубку
Одна любовь только двоих
Будто этот стих
Недостпен для других
Хочу дышать ею каждый каждый день
Она для меня как жизнь
Она для меня как плен
Мысли о ней ходят за мной как тень
Миллионы разных сцен
Не скрытых на лице
В постели моей оставила следы
Нужна мне только ты
От

Читать дальше →

Нашла я дома старые пластинки,
Закрыла окна, с ними все желанья,
А я же с них сдуваю все пылинки.
Вода шумит за стенами страданья.
Мятежный дух стремиться жить на воле,
В окрестностях неловких оправданий,
Но я сейчас как будто в пустом поле,
Увы, и за стеной пренебреганий.
Отчаянный мой дух ждет приключений,
И никогда в желаньях нет границы,
И мы не видим тех ограничений,
От чего смокнут от печали все ресницы.
Поеду к океану, будь что будет,
Забуду все проблемы, все

Читать дальше →

Я не вижу ничего уже давно.
Я только чувствую усталость облаков.
Я задыхаюсь, вырываюсь за окно,
Но попадаю лишь в оковы снов.

И я во снах тебя пытаюсь разыскать,
Предчувствую твои шаги и жесты.
Я слышу голос твой, пытаюсь записать
Его на плёнку, но не хватает места.

Я отчаянно хочу схватить тебя за плечи,
Коснуться, наконец, хладеющей руки.
Заранее известно, что не время лечит
От диких спазмов в горле и от той тоски,

Что разливается по венам тихо,
Когда в спокойствии я

Читать дальше →

Твой новый год в разбитых вазах,
в сухой гортани из картона,
он прячется в любовных стразах
семьи непрочного гандона,
он вылетает из бутылки
и испоряется во мгле,
как пар от прачки после стирки,
как пар от крови на игле…

Господа! Прошу простить, что обращаюсь к вам таким образом, другого способа вы мне просто не оставили. Там какая-то девушка, которую очень забавляет полемика со мной, и не ее одну, сказала, что мы вас не забаним. Вот оно фарисейское лицемерие и трусость. Вы всей толпой боитесь меня одного. Волюнтаристически, искусственно снизили мне рейтинг ниже 0, что бы я не смог ответить на ваши гнусные, сатанинские выпады. Ребята! Рукописи не горят, а правде, которая вам глаза колет, рот не закроешь.
Собаки

Читать дальше →

В Анголе, на негров смотреть – одно удовольствие. Им эта война — до лампочки. Их подгоняют местные, да еще кубаши – кубинцы, то есть. Кубинец, сам как головешка черный, но если у него есть возможность африканца пнуть, обязательно пнет и еще добавит: «Черные свиньи!». А ангольцам, что чужая жизнь, что своя – три копейки не стоит.
Привезли мы взвод автоматчиков на полевой аэродром. Единственная вещь, что тень отбрасывает – наш самолет. Командир взвода, высокий африканец, построил свое воинство

Читать дальше →