Иногда кажется, что горечь поглотит тебя всю, не оставив от тебя ни кусочка. Идёшь по улице, слышишь только звук собственных шагов да снега скрип. И заплакать хочешь, но слёз уже нет. Нет и всё тут. Подставляешь широко распахнутые глаза холодному ветру, в надежде, что хоть так слёзы появятся, а то идёшь, вздрагиваешь, а слёз нет. Вокруг проходят редкие люди, так и не снимая своих бесстрастных масок, разговаривая о чём-то своём. И никто не спросит, что такое. И хотя понимаешь, что это вряд ли случится, но всё равно становится ещё грустней. И откуда ни возьмись, появляются слёзы. На морозе некоторые слезинки замерзают на ресницах, некоторые скатываются вниз, оставляя мокрые леденеющие дорожки. И ты всё надеешься, и в то же время опасаешься, что вот-вот послышится до боли знакомый звук шагов, и тебя этот одновременно и родной, и ненавитсный голос, как ни в чём ни бывало, спросит: «Что-то произошло, ты чего?» И как ему ответить прикажете?.. А когда приходишь домой, то ощущаешь и облегчение, что этого не случилось, и вместе с этим такую горечь, что ты никому не нужна… Хотя знаешь, что это не так, что нужна многим людям, но мы говорим «Я никому не нужна», когда мы в действительности не нужны одному единственному человеку. И, идя по улице, так хочешь, чтобы с тобой что-то стрялось. Сбила машина, упала ветка, не важно, главное, чтобы не застать завтра. Чтобы он узнал, чтобы ему стало больно. Но всё же понимаешь, что ты уже не увидишь, отреагировал он на твою смерть хоть как-то, или просто пожал плечами и прошёл дальше. А так же знаешь, что другим – родителям, сестре, друзьям не всё равно, что им будет очень больно и горько без тебя… Но тебя волнует только он, его чувства, его переживания. И коришь себя за это и ругаешь всячески, а не помогает. Ни забыть его не можешь, ни простить. Не получается. И поделать ничегошеньки не можешь. И каждый день для тебя – мука. Пытаешься забыть, так нет, напоминают каждый раз о нём, словоно забыв о слове «тактичность». А дома садишься за компьютер, включаешь тяжёлый Раммштайн и пишешь дурацкие, никому не нужные рассказики, посвящая их ему… И скрываешь их именно от него, хотя все другие могут спокойно их читать, и даже не догадываться, что это произошло именно с тобой, что ты посвящаешь это именно их другу, знакомому или парню.
И никто не остановится, не снимет бесстрастную маску, не поймёт, позволив выплакаться в тёплую жилетку…

3 января 2009 г.