Поиск по тегу
Станислав Лем "Сделай книгу сам".
Поучительная история расцвета и упадка «Do Yourself a Book» достойна
того, чтобы ее сохранить для потомства. Эта новинка издательского рынка
породила споры столь жестокие, что они заслонили само явление. Поэтому и
по сей день неясно, что привело ее к краху. Мысль опросить общественное
мнение никому не пришла в голову, и, скорее всего, к лучшему — ведь
читатели, приговорившие ее к забвению, пожалуй, и сами не ведали, что
творили.
Идея изобретения носилась в
Читать дальше →
того, чтобы ее сохранить для потомства. Эта новинка издательского рынка
породила споры столь жестокие, что они заслонили само явление. Поэтому и
по сей день неясно, что привело ее к краху. Мысль опросить общественное
мнение никому не пришла в голову, и, скорее всего, к лучшему — ведь
читатели, приговорившие ее к забвению, пожалуй, и сами не ведали, что
творили.
Идея изобретения носилась в
Читать дальше →
-
Mrak,
- 01 мая 2012, 17:12
- Прокомментировать
- рейтинг: 0
Анри Барбюс. Нежность
25 сентября 1893 г.
Мой дорогой, маленький мой Луи! Итак, все кончено. Мы больше никогда не
увидимся. Помни это так же твердо, как и я. Ты не хотел разлуки, ты
согласился бы на все, лишь бы нам быть вместе. Но мы должны расстаться,
чтобы ты мог начать новую жизнь. Нелегко было сопротивляться и тебе и самой
себе, и нам обоим вместе… Но я не жалею, что сделала это, хотя ты так
плакал, зарывшись в подушки нашей постели. Два раза ты подымал голову,
смотрел на меня жалобным, молящим взглядом… Какое у тебя было пылающее и
несчастное лицо! Вечером, в темноте, когда я уже не могла видеть твоих слез,
я чувствовала их, они жгли мне руки.
Сейчас мы оба жестоко страдаем. Мне все это кажется тяжелым сном. В
первые дни просто нельзя будет поверить; и еще несколько месяцев нам будет
больно, а затем придет исцеление.
И только тогда я вновь стану тебе писать, ведь мы решили, что я буду
писать тебе время от времени. Но мы также твердо решили, что моего адреса ты
никогда не узнаешь и мои письма будут единственной связующей нитью, но она
не даст нашей разлуке стать окончательным разрывом.
Целую тебя в последний раз, целую нежно, нежно, совсем безгрешным,
тихим поцелуем --ведь нас разделяет такое большое расстояние!..
Читать дальше →
Мой дорогой, маленький мой Луи! Итак, все кончено. Мы больше никогда не
увидимся. Помни это так же твердо, как и я. Ты не хотел разлуки, ты
согласился бы на все, лишь бы нам быть вместе. Но мы должны расстаться,
чтобы ты мог начать новую жизнь. Нелегко было сопротивляться и тебе и самой
себе, и нам обоим вместе… Но я не жалею, что сделала это, хотя ты так
плакал, зарывшись в подушки нашей постели. Два раза ты подымал голову,
смотрел на меня жалобным, молящим взглядом… Какое у тебя было пылающее и
несчастное лицо! Вечером, в темноте, когда я уже не могла видеть твоих слез,
я чувствовала их, они жгли мне руки.
Сейчас мы оба жестоко страдаем. Мне все это кажется тяжелым сном. В
первые дни просто нельзя будет поверить; и еще несколько месяцев нам будет
больно, а затем придет исцеление.
И только тогда я вновь стану тебе писать, ведь мы решили, что я буду
писать тебе время от времени. Но мы также твердо решили, что моего адреса ты
никогда не узнаешь и мои письма будут единственной связующей нитью, но она
не даст нашей разлуке стать окончательным разрывом.
Целую тебя в последний раз, целую нежно, нежно, совсем безгрешным,
тихим поцелуем --ведь нас разделяет такое большое расстояние!..
Читать дальше →

