Октябрьский вечер сух и тих,
Не дрогнет лист. Молчит и зверь, и человек;
Двое ребят – малютка Том и Дик
Играют у огня. Из тыквы мастерят они
Фонарь по кличке Джек,
А няня их за пряжею свой коротает век.

Я слышал, бабушка, что Джек
Вдруг сказал Дик, и Том притих, –
Он словно бы злой дух,
В кромешной тьме, на своих двух
Всё что-то ищет он. Не упокоится вовек
В канун Дня всех святых.

И старая лишь головою покачала,
Но после неохотно отвечала:
Он ищет голову свою, когда-то
Джек потерял ее в бою.
И если будете шалить, ребята,
Забрать он вздумает твою, или твою.
***
Не спит в кроватке своей Том, боится фонаря.
Он молвит тихо: Дик, проснись,
Мне страшен стал наш Джек –
Он словно ожил, повернись,
Нам скалит зубы страшный человек!
Стоит в углу, в ночную мглу он заберет меня…

Не бойся, брат, – ответил Дик,
Его улыбки круг – лишь тени от огня.
От тыквы той не жди беды.
Свеча дрожит, и джеков лик
Сдается нам живым.
Спи и не молви ерунды.

Но и на том
Глаз не сомкнул малютка Том –
В углу смеется Джек-фонарь,
Хохочет красным ртом.
Его глаза полны огня, как угли из костра.
То Хэллоуин вступил в права – дожить бы до утра!

И Том вскричал в тот поздний час:
Я знаю, Дик, к окну приник
Вон кровожадный Джек,
Он хочет сцапать нас сейчас
И наши головы забрать
И не вернуть вовек!

Нет-нет, малыш, – ответил он.
То просто клен
Стучится к нам в окно.
Надежны рама, ставни, крыша –
Не взять ему нас в плен,
Не влезет Джек к нам в дом.

Но не унялся Том:
Вот Джек идет, заходит в дом
Уж у дверей
Он, отперев замок!
Вот-вот затащит, ей же ей,
Нас в сумрачный чертог!

Да нет же, Том, то был лишь сон, –
Дик смело гнул свое.
Джек в поле, там, где воронье
Распугивает он.
С ним рядом тихо дремлет стог.
Его как тыква голова, и плащ его промок.
***
Минула ночь, мигнул фонарь,
Оплавилась свеча.
Страшит и нынче, как и встарь
Нас всех – и взрослых, и ребят
Во тьме шаг Джека-фонаря
На склоне октября.

Я твой кровавый Валентин,
Зловонный смрад из преисподней.
твой персональный Константин,
Крушащий Демонов в исподнем.

Я твой зловещий кровопийца,
Молящий о ночном прощеньи.
Я извращенец и убийца,
Живущий в вечном отвращеньи.

Я жалок и на всех обижен,
Прощенья вовсе не достоин.
До бесконечности унижен,
Плевал на все ваши устои.

И пусть вас будет двое… Трое!
Внушать мне прелесть этой жизни.
Вам жить осталось до убоя…
… Ты не успеешь даже взвизгнуть…