Мои глаза, как волчьи, смотрят в лес…
Но не для бега, а скорей от бегства.
И я, признаться, в волчью шкуру влез
достаточно давно, чтоб средства

назад вернуться обратились в дым,
в мученья, что похожи на надежду…
И видится мне робкий херувим,
стальными пальцами сдирающий одежду!

А под одеждою, под кожею, под мясом
оказываюсь я. Смотрящий на себя.
И голова моя встречается с паласом,
палас,(он пыльный), вовсе не любя.

С тех пор деревья мне не по нутру,
(по херувиму видится за каждым),
свобода тоже. Бывает по утру,
я проверяю, проверяю дважды!

наличье херувимов по углам…
отсутствие деревьев за стенами…
И, подходя к медсестренским столам,
я пожираю «что-то там» горстями.

На крыльях в позолоте херувим
С улыбкой на лице непревзойденном
Над миром пролетал совсем один,
Что после Дня стал столь опустошенным.

Но уронил на стонущий вулкан
Слезу и закричал в пустое небо.
Скрестил мечи, не замечая рваных ран,
Отчаяньем наполних их и гневом.

Завидев ангелов, тьмой поверженных,
Несметное количество людей, испепеленных,
Он среди тел не смог найти Мессии.

Антихрист оказался, как и Бог, бессильным.
И небеса опустошились. Исчезли Рай и Ад.
Остался лишь крылатый херувим
на весь Эдемский Сад.

29/04/10